Гемангиома позвонка

Статью проверил

Астафьева
Юлия Викторовна

Врач-физиотерапевт в отделении медицинской реабилитации.

Стаж 10 лет

Дата публикации: 08.05.2024

Обнаружение гемангиомы позвонка на МРТ часто пугает пациентов, ассоциируясь со злокачественными процессами. Однако в большинстве случаев это доброкачественное образование требует не хирургического скальпеля, а грамотного биомеханического контроля.

В современной диагностической практике, благодаря повсеместному внедрению МРТ и КТ, гемангиома позвонка стала одной из самых частых находок. С точки зрения медицины, это доброкачественная сосудистая опухоль, которая развивается в теле позвонка из эндотелиальных клеток кровеносных сосудов. В отечественной вертеброневрологии, основы которой заложил Я.Ю. Попелянский, подчеркивается, что наличие гемангиомы — это не всегда причина боли, но всегда повод для пересмотра нагрузок на позвоночно-двигательный сегмент. Проблема заключается в том, что сосудистая сеть внутри кости начинает разрастаться, замещая прочные костные балки (трабекулы). В результате позвонок становится хрупким, напоминая «пустотелый кирпич». В этой статье мы детально проанализируем, в каких ситуациях новообразование требует вмешательства, а когда боль вызвана совершенно иными причинами — мышечными зажимами и фасциальными спайками.

Что такое гемангиома: морфология и природа опухоли

По своей сути гемангиома позвонка — это клубок переплетенных сосудов внутри губчатого вещества кости. Она никогда не метастазирует и не превращается в рак, но её коварство в другом. Позвонок в норме выдерживает колоссальные осевые нагрузки. При разрастании гемангиомы костная структура истончается. Профессор Ф.А. Хабиров в своих руководствах указывал, что наиболее часто поражается грудной и поясничный отделы позвоночника, так как они наиболее активно кровоснабжаются [3].

Морфологически гемангиомы делятся на капиллярные, кавернозные и смешанные. Капиллярные состоят из мелких сосудов и растут крайне медленно. Кавернозные же представляют собой крупные полости, заполненные кровью, и именно они чаще всего приводят к снижению плотности кости. Понимание типа образования критически важно для выбора тактики: пассивное наблюдение или активное укрепление кости методом вертебропластики.

Причины возникновения и классификация сосудистых тел

Точная этиология заболевания до сих пор обсуждается, но ведущую роль отечественные ученые отводят генетической предрасположенности и локальной гипоксии тканей. Когда в определенном сегменте позвоночника нарушается микроциркуляция, организм пытается компенсировать это, стимулируя патологический рост сосудов. В.П. Веселовский отмечал, что гормональный фон (особенно уровень эстрогенов) также влияет на рост гемангиом, поэтому у женщин они диагностируются в 2-3 раза чаще [4].

Клиническая картина: как проявляется патология?

В 90% случаев гемангиома позвонка протекает бессимптомно. Её находят случайно при обследовании по поводу остеохондроза или грыжи. Однако если опухоль занимает более 50-60% объема тела позвонка, она классифицируется как агрессивная. В этом случае пациент может ощущать постоянную ноющую боль в проекции пораженного сегмента. Эта боль связана не с самой опухолью (в кости нет нервных окончаний), а с растяжением надкостницы и перегрузкой дугоотростчатых суставов из-за потери стабильности позвонка.

Если опухоль выходит за пределы позвонка, она может сдавливать спинномозговой канал. Ф.А. Хабиров подчеркивал, что неврологические осложнения — онемение конечностей или слабость в мышцах — встречаются крайне редко, но требуют немедленного внимания реабилитолога и нейрохирурга [3].

Миофасциальный аспект: почему болит не опухоль, а мышцы?

В практике Центра доктора Очеретиной мы часто сталкиваемся с феноменом: пациент приходит с болями в спине, будучи уверенным, что виновата гемангиома позвонка. Однако после глубокого мануального обследования выясняется, что источником боли являются триггерные точки в паравертебральных мышцах. Организм, пытаясь защитить «хрупкий» сегмент позвоночника, создает вокруг него мышечный панцирь. Этот панцирь со временем спазмируется, нарушает кровоток и сам становится источником мучительных болей.

П.Б. Очеретина в своих методических рекомендациях указывает, что запрет на любое движение при гемангиоме — это ошибка [5]. Напротив, необходимо восстановить эластичность мягких тканей, чтобы снять лишнюю нагрузку с больного позвонка. Мы используем методику миофасциального высвобождения, которая позволяет «разгрузить» костную структуру без опасного прогревания и физиотерапии, которые при гемангиомах противопоказаны.

Современная тактика лечения и реабилитации

Если гемангиома неагрессивна, стратегия лечения заключается в динамическом наблюдении (МРТ раз в год) и коррекции биомеханики. Важно избегать прыжков, падений и резких осевых ударов. Если же риск перелома высок, применяется чрескожная пункционная вертебропластика — введение в полость костного цемента. Это укрепляет позвонок и позволяет пациенту вернуться к активной жизни.

Как отмечала А.Н. Белова, успешная реабилитация пациента с патологией позвоночника невозможна без формирования правильного двигательного стереотипа [6]. В нашем Центре мы обучаем мышцы-стабилизаторы держать нагрузку так, чтобы максимально защитить поврежденный сегмент. Помните: гемангиома позвонка — это не приговор и не повод для отказа от движения, а сигнал к тому, чтобы заняться своим здоровьем профессионально и бережно.

Список литературы

1. 1. Попелянский Я. Ю. Ортопедическая неврология (вертеброневрология): Руководство для врачей. — М.: МЕДпресс-информ, 2003.
2. 2. Иваничев Г. А. Миофасциальная боль: Монография. — Казань, 2007. [Связь костной патологии и мышечного тонуса].
3. 3. Хабиров Ф. А. Клиническая неврология позвоночника. — Казань: Медицина, 2002. [Диагностика сосудистых новообразований].
4. 4. Веселовский В. П. Практическая вертеброневрология и мануальная терапия. — Рига: Парс, 1991.
5. 5. Очеретина П. Б. Самопомощь при болях в спине и суставах. Методика миофасциального высвобождения. — Екатеринбург, 2020.
6. 6. Белова А. Н. Руководство по реабилитации больных с двигательными нарушениями. — М.: Антидор, 2000.